Новости сейчас

«У искусственного интеллекта без крестьянина ничего не получится»

22

Пандемия пагубно сказалась на многих отраслях экономики, однако сельское хозяйство пострадало от распространения коронавируса нового типа гораздо меньше, чем ожидалось. Более того, некоторые аграрии в 2020 году смогли улучшить свои финансовые результаты. О том, как этого добиться, а также о «зеленой экономике», климатическом влиянии, роли современных крестьян и новых технологий «Газете.Ru» рассказал Али Узденов, управляющий партнер АФК «Система», председатель совета директоров Агрохолдинга «Степь» по итогам подписания соглашения со Сбербанком на полях Петербургского экономического форума.

— О чем вы договорились со Сбером на ПМЭФ? Что общего у агрохолдинга и банка?

— «Система» и Агрохолдинг «Степь уже не первый год работают со Сбером по целому ряду направлений – не только в части привлечения финансирования в разные проекты, в том числе на принципах ESG. Мы расширяем наше сотрудничества и в технологической сфере, включая развитие искусственного интеллекта, нейронных сетей, а также внедрение продуктов и сервисов экосистемы Сбера и для решения задач сельскохозяйственной отрасли.

— В какой степени аграрный сектор ощутил на себе влияние пандемии и как кризисный для многих отраслей 2020 год прошел сельскохозяйственный бизнес «Системы»? Какие финансовые и операционные результаты показал агрохолдинг «Степь»? Какими достижениями Вы особенно гордитесь?

— «Степь» имеет четкую стратегию развития, которой мы следуем последние 4-5 лет. В прошлом году наш земельный банк достиг показателя почти в 600 тысяч гектаров. У нас были введены в эксплуатацию новые молочные фермы. Мы хорошо продвинулись в области применения современных технологий — это цифровизация сельского хозяйства, расширение использования влагосберегающих технологий и систем с незначительным воздействием на почву. Был реализован и ряд проектов в области логистики и трейдинга. Как раз в 2020 году мы начали, так сказать, собирать «камни» – получать результаты от сделанных ранее вложений.

Разумеется, на прошлый год наложилась пандемия, начала «замерзать» торговля, никто не знал, что будет. А сельское хозяйство – бизнес непрерывного цикла. Аграрий должен вовремя подготовить почву, вовремя посеять, вовремя внести удобрения, провести обработку, убрать урожай и его складировать. Наш менеджмент хорошо справился с возникшими трудностями, и мне хочется особенно отметить регионы нашего присутствия, даже районы в этих регионах: несмотря на действовавшие ограничения по передвижению между регионами и карантин, нам в установленном порядке удавалось все четко согласовать. И в этой совместной работе почти нигде не было сбоев.

Итог 2020 года нас радует: OIBDA агрохолдинга «Степь» составила 9,7 млрд рублей, рост на 136% – это хороший шаг вперед. Кроме того, мы в целом считаем прошлый год успешным еще и потому, что началось восстановление цен на сельхозпродукцию на мировом рынке. Начиная с 2015 года наблюдалась тенденция к снижению, а в 2020 году началось восстановление цен за шестилетний период.

— Как компания адаптировалась к работе в условиях пандемии? Что было самым сложным в этот период? Государство как-то помогло аграриям? Как Вы оцениваете эффективность мер поддержки АПК? Что сама компания делала для поддержания непрерывности производства и социальной поддержки сельских территорий?

— Конечно, было очень тревожно. Больше года назад, когда начала развиваться пандемия, мы не могли предсказать, как это повлияет на бизнес, тем более сельское хозяйство. Мы думали, что оно будет очень чувствительно к этому вопросу. У нас было разработано несколько сценариев развития событий, от позитивного до негативного.

Государство, в свою очередь, активно предлагало помощь: выделение срочных кредитов на поддержку заработной платы и т.д. И мы подали заявки во многие программы, чтобы иметь возможность воспользоваться государственной помощью, если возникнет такая необходимость. Но, к счастью, реализовался первый сценарий, в котором у нас в запасе была бы подготовлена помощь от государства, но мы прошли все своими силами и не стали участвовать в госпрограммах — подумали, может быть, кому-то эта помощь нужнее.

Очень многие институты откликнулись на призыв государства помочь бизнесу: и банки, и Россельхознадзор, и Министерство сельского хозяйства Российской Федерации, и руководство регионов, в которых мы работаем. Например, в рамках производственного процесса возникла необходимость приезда иностранных специалистов для обслуживания импортной техники. Хотя были ограничения на перемещение, но со стороны российского государства, оперативного штаба по коронавирусу в России, если мы давали заявку, обосновывали важность такого визита, всегда был отклик.

Хорошо, что так обошлось. Это лишний раз говорит о преимуществе инвестиций в сельское хозяйство.

— Помимо «Степи» вы также являетесь председателем совета директоров лесопромышленного холдинга Segezha Group и в недавнем интервью назвали этот бизнес частью «зеленой экономики». А в агробизнесе «зеленая» повестка какое имеет значение?

— У нас есть четкие приоритеты в области экологии: как в стратегии нашего сельскохозяйственного бизнеса, так и лесного. Они приняты, утверждены советами директоров соответствующих компаний и контролируются нашими акционерами. В случае с Segezha Group все понятно, потому что два легких планеты – это Россия и Бразилия, позволяющие миру дышать благодаря своим лесам. Для этой отрасли важны выбросы, лесовосстановление,
качество выборки леса, лесные дороги – у нас есть на этот счет целая программа, которая успешно реализуется.

Что же касается сельского хозяйства, то речь идет о восстановлении плодородия почв, так называемых гумусов. По некоторым оценкам подверженность истощению почв у нас в стране достигает 80%, в то время как в Европе —до 50%. Но мы можем с удовлетворением сказать, что наш курс по снижению нагрузки на почву, по внедрению новых прогрессивных технологий, науки влагосбережения, использованию современной техники дает результаты, например, сейчас мы начинаем переходить к агрокоптерам для некоторых видов полевых работ и тестировать агроботы.

Согласно последним анализам, у нас идет рост гумуса в наших основных посевах, в той земле, которой мы занимаемся уже больше 3 лет. Все это можно увидеть на примере тех хозяйств, которые мы приобретаем. Главное в этом процессе —люди, команда, которые позволяют нам достигать подобных показателей.

Конечно, есть соблазн выдавливать из земли все, сеять каждый год подсолнечник при тех ценах, которые на него существуют. Но это 3-4 года, потом земля просто заснет. Она ничего не захочет отдавать. А у нас севооборот четко просчитан, в том числе путем применения искусственного интеллекта. Где земля должна отдыхать, какую технологию применять, какую технику использовать — все эти решения просчитаны и обоснованы.

В 2021 году мы провели весенние полевые работы по цифровой программе. Во-первых, это помогает оптимизировать затраты, но еще важнее бережное отношение к почве. Потому что мы хотим увеличить урожайность, снижать себестоимость, а без вложений в современные технологии ничего не получится. И вложений в людей. Мы должны уйти от штампа, что крестьянин – это некто в кирзовых сапогах, фуфайке и весь в навозе.

Сейчас это уже достаточно образованный в своей профессии человек, который должен видеть свои перспективы: как он может вырасти, как может из простого механизатора превратиться в руководителя хозяйства. Мы разработали у себя такой кадровый лифт, чтобы у желающих была возможность сделать карьеру. Это очень важно. Что бы я ни говорил про искусственный интеллект, про дифференцированное внесение удобрений в почву, про технологии – все равно без труда человека, крестьянина, ничего не получится.

— Активы «Степи» расположены в самых благоприятных для сельского хозяйства южных регионах России. Однако земледелие считается наиболее чувствительным к природно-климатические условиям. Испытывает ли «Степь» на себе последствия изменения климата, что делает для снижения рисков ущерба от природных катаклизмов, адаптации к меняющимся погодно-климатическим условиям и сохранения высокой урожайности?

— По поводу изменений климата до сих пор идут дискуссии, но факт остается фактом, что арктических льдов стало меньше. Я родом с Кавказа, и некоторых ледников в горах, которые я помню с детства, больше нет. Сколько воды в той же реке Кубань! На это влияет много факторов: это и температурные изменения, плюс болезнь лесов, в результате которой не задерживается снег. На Кавказе сейчас все деревья болеют, даже в заповедниках. Засыхают, страдают от короеда и так далее. Это тоже в какой-то степени связано с климатическим влиянием.

Что касается сельского хозяйства, то в прошлом году на всем юге была засуха, почти как в некоторых странах Африки, Азии: муссоны, потом засушливый период. Но это же тоже нетипично. Мы наблюдаем, как меняется движение воздушных масс и направление ветров. Еще из погодных аномалий: в прошлом году была песчаная буря, которая с запада Казахстана, из Калмыкии принесла в Ростовскую область и Ставропольский край очень много песка. Осадки и температура влияют и на количество вредителей для сельского хозяйства. Нехолодная зима, без дождей приводит к тому, что, например, мышей становится слишком много. Это такой природный цикл, в котором одно тесно связано с другим.

В связи с погодой были огромные опасения, потому что озимые не взошли осенью, из земли торчали только так называемые «ошилки», или стерня. Даже природа на это отреагировала, перелетные птицы, например, гуси: такая «зеленка» для них – пища, они останавливаются и летят дальше. Но так как осень была засушливая, весной озимые еще не успели подняться, и все гуси просто пролетели мимо транзитом. Мы, кстати, помогаем ряду экологических организаций, которые за этим смотрят и мониторят перемещение птиц.

А этой весной наоборот: дожди, дожди, дожди. Они помогли восстановить состояние озимой пшеницы. Все-таки урожай хлеба будет в этом году. Замечу, что площадь сева озимой пшеницы под урожая 2021 года стала для нас рекордной и составила около 250 тыс. га, что позволит нам собрать около миллиона тонн зерна.

— И как же отвечать на эти вызовы природы?

— Современными технологиями. Влагосбережением, применением цифровых технологий, беречь землю, использовать технологию «No-Till» (ред. – система нулевой обработки почвы), в правильное время посеять, применять правильные, стрессоустойчивые сорта семян. Кстати, в России сейчас начало активно развиваться семеноводство. Раньше в России была великолепная школа, и Советский Союз был на первых ролях. А потом это куда-то ушло. Но сохранилась академическая база тех научных институтов, ученых, энтузиастов, с которыми мы сейчас взаимодействуем. И российские семена даже интереснее западных, кроме того, они не ГМО. Я думаю, природа ответит, если мы постараемся: когда мы все начнем бережно к ней относиться, она нам тоже вернет это отношение.

С интересом смотрим сейчас, что такое искусственное мясо. Понятно, что его делают из растительного белка, и этот рынок растет. Сейчас он оценивается примерно в $12-13 млрд, и прогнозируется, что он вырастет за 10 лет до $100 млрд.

Мы в «Степи» нацелены на то, чтобы хорошо работать и развиваться. А в АФК «Системе» различным исследованиям придается очень большое значение. У нас есть целый научный центр, в основном направленный на решение внутренних задач агрохолдинга. В частности, мы изучаем влияние на людей различных продуктов питания, собираем данные о климате и стараемся прогнозировать погоду, чтобы потом собрать хороший урожай.

Источник: www.gazeta.ru

Читайте также: